Пишите нам:rbnekr@rambler.ru

  • 42017.12.06
  • знач.изм.
    USD26/0400
    EUR26/0400

    Архив номеров

    Выберите номер: Архив номеров

    Каталог предприятий

      Показать ∨

      • ВТОРОЙ ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ – В АФГАНЕ

        2014.02.1401065В прошлом году Николай Цуканов отмечал 30-летний юбилей… со дня своего второго рождения. Несколько дней в марте 1983-го он находился в списках погибших в Афгане. Но вполне живой, хотя и раненый, прапорщик Цуканов очень скоро вернулся в строй.

        Боевое крещение

         

        Сегодня, вспоминая службу в Афганистане, Николай Николаевич говорит, что может считать себя везучим. Не раз и не два смертельная опасность была в шаге, в секунде от него. Но – уцелел, только много лет напоминает о себе «подарок» афганских «духов» - осколки в раненой ноге.

        - После срочной службы я решил остаться в армии и окончил школу прапорщиков, - рассказывает Николай Николаевич. – Получил звание, был назначен старшим техником мотострелковой роты, проще говоря, зампотех. Месяца через три вызвали меня в отдел кадров дивизии и спросили, не хочу ли я исполнить интернациональный долг в Афганистане. Нет, конечно, можно было отказаться. И за это ничего бы не было… ни звания, ни должности, ни квартиры… Шутка. Но не без доли правды. Словом, я согласился. И в тот же день был готов мой загранпаспорт. А через две недели мы сформировали мотострелковый батальон у города Белая Церковь (это Украина, там я и служил), эшелоном нас доставили в самую южную точку Советского Союза – Кушку. Там батальон укомплектовали бронетехникой, на ней мы и вошли в Афганистан…

        Уроки войны, говорит Николай Цуканов, начались уже в первые часы пребывания на афганской земле. «Таблетку» - медицинский УАЗик, который шел в их колонне, подбили из гранатомета. Граната пролетела насквозь и взорвалась уже вне машины, но всем сразу стало ясно: это действительно война.

        Батальон обосновался в местечке Шинданд, в «мертвой долине» (вода там была в страшном дефиците), недалеко от города Герат. Основной задачей была охрана авиабазы, наносившей авиаудары по противнику в иранском направлении.

        - Я отвечал за бронетехнику, - продолжает Николай Николаевич. – В одном БТРе застучал двигатель, и его пришлось оставить на границе, на нашем диспетчерском пункте (теперь такие пункты называют блокпостами). Позднее командир поставил передо мной задачу отправиться туда на другом БТРе и на сцепке притащить машину в расположение части. Замполит предложил для страховки ехать двумя экипажами.

        По дороге, рассказывает Николай Цуканов, наших военных остановили люди в афганской одежде с оружием. Они представились хадовцами (ХАД – афганская контрразведка), попросили довезти их до Герата, на похороны товарища. Взяли на свой страх и риск, плохо еще представляя, можно ли им верить. Оказалось, и правда контрразведчики. «Пассажиры» и им сослужили службу. В «зеленой зоне» - где оазисы, самые опасные места, на БТРе оборвало кардан, разорвало тормозную систему. И пока механик ремонтировал машину, хадовцы заняли круговую оборону. А когда на место вынужденной аварийной остановки подбежали афганские дети, один из контрразведчиков сказал нашим солдатам, что можно теперь расслабиться, душманы не будут стрелять по детям. Вскоре путь продолжили, афганцев высадили в Герате.

        - Но приключения только начинались, - вспоминает собеседник. – Тогда, по пути, я в первый раз попал в засаду. Мы шли через перевал, дорогу нам перегородил афганский ЗИЛ. В смысле, ЗИЛ советский, но используемый душманами. Пришлось принимать решение. Деваться нам некуда, открыли огонь на поражение, а ЗИЛ с помощью БТРа столкнули в пропасть. Думаю, это была единственная возможность спасти жизнь всему экипажу. И командир позднее заверил, что решение было правильным.

         

        Живой!

        Опасность подстерегала всех и всюду. Однажды, по дороге в другую роту, БТР с прапорщиком подорвался на мине. Но экипаж отделался легким испугом.

        Ранение Николай Цуканов получил на втором году службы в Афгане.

        - Шел с колонной «наливников», - рассказывает ветеран. – «Духи» на такие колонны с топливом охотились по-страшному. За Гератом нас ждала засада. Я был ранен: три пули попали в ногу. Вскоре на подмогу прилетел вертолет, и взвод подтянулся с перевала. Но к тому времени у нас уже было трое погибших и 15 раненых. Нас увезли, и за перевалом наш БТР подстрелили из гранатомета. На одном двигателе машина все же въехала в Кушку…

        После ранения Николай лежал в госпитале, а затем его отпустили на месяц в отпуск – на реабилитацию. Пока был дома, умудрился скрыть от матери, что ранен. А вот отца, кадрового офицера, обмануть не удалось. Быстро вычислил, потребовал рассказать все, как есть, показать рану. А мать узнала все позднее, уже перед окончательным возвращением сына в СССР. Общая знакомая случайно обмолвилась. Сам прапорщик Цуканов не собирался ее волновать, боялся, что сердце не выдержит.

        - А что с ней было бы, если бы она получила на меня «похоронку», которую чуть не отправили по ошибке! - говорит Николай Николаевич. – С 18 по 23 марта я считался погибшим. В части сообщили, что мы с водителем сгорели в машине. Теперь я отмечаю 18 марта как свой второй день рождения.

         

        На войне как на войне

        Но погибали и по-настоящему. Совсем молодые мальчишки, еще и жизни-то не видавшие.

        - Я из своей роты никого не потерял, - отмечает Николай Цуканов. – Хотя раненые были. Командир нашей роты получил ранение в позвоночник, остался парализованным. А в целом из батальона погибли семь человек… Вообще, я не верю официальным данным по количеству погибших. Наверняка их было намного больше, чем 15 тысяч…

        Из своего расположения военнослужащие могли видеть морг. По нему научились определять, когда планируются крупные военные операции: перед ними к моргу привозили большую партию ящиков с цинковыми гробами…

        - Однажды мне пришлось лететь в Кабул на военно-транспортном самолете, прозванном «черным тюльпаном»: в нем перевозили на родину погибших солдат. Сидеть пришлось на одном из таких ящиков…

        Смерть всегда была рядом. Героическая или бытовая, по небрежности, - привыкнуть к ней было невозможно. В обязанности прапорщика входили проверки постов и позиций. Нередко приходилось будить уснувших ребят. Тем самым спасая им жизнь, ведь терять бдительность нельзя было ни на минуту.

        - Идешь ночью на позицию и знаешь, что рядом, в темноте, тебя сопровождают шакалы – степные волки. Но они не трогали, если их не провоцировать. В отличие от «духов». От тех подвоха жди в любой момент, - рассказывает Николай Николаевич.

        Страх. Он был постоянным, чего уж тут скрывать. Боялись и взрывов, и тишины. Боялись умереть, остаться калеками и попасть в плен.

        - «Духи» воевали исподтишка, - говорит Николай Цуканов. – Это была объявленная «дорожная война» неверным. И прежде всего опасность подстерегала на дороге – основная дорога, бетонка от Кушки и дальше – через Термез, всегда была под прицелом… Служили в основном совсем мальчишки, 18-летние ребята. Мне, прапорщику, самому чуть за двадцать было. Никто не хотел умереть, тем более на чужой земле, неизвестно, за какую идею… Многие не понимали, ради чего они там находятся. Конечно, в то время и говорить-то об этом нельзя было. Да, все боялись очень. Но страх старались прятать даже от себя, воевали честно. У нас такие ребята были - настоящие солдаты!

        Там, в Афгане, проверялась на прочность дружба. Выживать помогала взаимовыручка. Николай Цуканов мечтает встретиться со своим сослуживцем Сергеем Павленко, который спас ему, раненому, жизнь.

        Были и обратные примеры. Не обходилось без грубых нарушений дисциплины. Приходилось и у своих «зачистки» проводить – наркотики изымать…

        Домой писали, что все хорошо. Мол, чуть ли не с Бабрак Кармалем чаи гоняем, «духов» в глаза не видели…

         

        Жили-были…

        Между тем, жизнь продолжалась. Даже здесь, в районе «мертвой долины». Отдыхали после дежурства, обустраивали нехитрый военный быт. Поначалу жили в землянках, над которыми для маскировки устанавливали армейские палатки. Но там, в ямах, донимали змеи, скорпионы и огромные пауки. Стали оборудовать в земле уютные домики из камня…

        В дефиците всегда была вода. Скважины с водой охраняли строже, чем людей, ведь без воды выжить нельзя было. И все равно почти никто не избежал инфекций. Прапорщик Цуканов желтуху подхватил, как многие товарищи.

        - А в целом – жили, и праздники отмечали – дни рождения – свои и родных, Новый год, - рассказывает Николай Николаевич. – Даже самогонку, открою секрет, сами делали – из доступных продуктов: сгущенки, сахара и монпансье. Для этих целей даже стиральную машину приобрели, в ней прокручивали «закваску», выставляли на солнце… У командира всегда было записано, в какой роте когда поставлен «продукт»… Кормили нас в основном тушенкой да кенгурятиной очень глубокой заморозки – двадцатилетней давности. Кильку в томате мы называли «красной рыбой» или «братской могилой»… А к праздничному застолью мы старались достать свежего мяса. Договаривались с местными чабанами: мы им денег давали и разрешали отару попасти на запретной территории. А они нам - барашка… Нарушали запреты, рисковали – за нейтральной зоной было минное поле. Но выезжали на БТРе, знали коридоры среди мин, ловушек… Рота наша была интернациональная – ребята со всех союзных республик служили. Из этих барашков таджики и узбеки на всех готовили шикарный плов, мы не делали различий – солдаты или офицеры, собирались за столом все.

        Новый год отмечали с размахом. Четыре человека, зарядив в автомат по рожку с трассирующими патронами, «писали» в небе по очереди цифры наступающего года. Танкисты «лупили» по горам из танков, пехота, артиллерия – из своего оружия…

        Климат, отмечает Николай, в Афганистане очень необычный. В декабре, например, до обеда можно в плавках ходить, а после обеда и в бушлате замерзаешь… Поедешь с бойцами в пункт назначения по дороге, проедешь, обратно тем же путем возвращаешься – там уже река разлилась, валуны огромные… А ветер-афганец! По степи идешь, тишина. Вдруг смерч высотой с 12-этажный дом мимо проносится – главное, в эпицентр не попасть, - и снова все стихает…

        - По их местному летоисчислению я проходил службу в Афганистане с 1361-го по 1363-й год, - говорит Николай Николаевич.

        *  *  *

        А по нашему календарю был конец 1983-го года, когда прапорщик Цуканов перевелся служить в Ригу. Много лет он с семьей уже живет здесь, в Некрасовском. Говорит, война не снилась ни разу. А вот вспоминается все это нередко. Да и нога раненая все чаще дает о себе знать. Среди афганских наград – медаль «За отвагу», полученную как раз после той памятной засады, в которой он получил ранение.

        - Я не считаю свою службу в Афгане подвигом, - говорит Николай. – Так сложилось, и в тот момент у меня выбора не было. Служить старался честно, как и большинство наших военнослужащих. Вернулся живым – повезло. Но очень хочется, чтобы никакие войны и конфликты не повторились.

        Беседовала Инна Черноволова

         

        Николай Цуканов и Николай КувачкинВчера, 13 февраля, в Некрасовском РДК состоялось памятное мероприятие, посвященное годовщине вывода советских войск из Афганистана. На встречу пришли воины-афганцы, ветераны Великой Отечественной и ребята-школьники. Совершенно случайно Николай Цуканов нашел здесь однополчанина. Как оказалось, Николай Кувачкин проходил службу в том же самом полку, в Шинданде. И несколько месяцев они служили рядом, хотя и не были знакомы. Младший сержант Кувачкин прибыл в Афган летом 1983 года, а его тезка прапорщик Цуканов уехал в декабре 1983-го. А встретились только сейчас, через 30 лет. Им есть о чем поговорить. Решили теперь не теряться. Ведь однополчанин – это как брат.



      • распечатать
      • отправить другу

      Ещё по теме:

      • Комментарии

        Имя
        E-mail
        Текст
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
         
        Отправить
        Сбросить
      Фраза дня
    • 2015.03.19

      Еще 10 лет таких цен и зарплат, и вместо переписи населения будет перекличка.

    • Анекдот

      Поздравления

        Посмотреть все поздравления

        Топ 3

        Последние комментарии

        • О нас
        • Подписка
        • Некрасовское ТВ
        • Каталог